Творчество - единственное, что делает людей по настоящему свободными!)))
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
18:51 

Два любимых моих романа или как могут быть похожи те, кого и сравнивать-то странно

Лишь творчество делает человека свободным!
В школьные годы больше всего любила писать сочинения по теме сравнительного анализа героев разных произведений. Онегин и Печорин, Обломов и Раскольников и т.д. и т.п. Что различного и, главное, что общего. Такие сравнения находила, что сама удивлялась. Вот, решила вернутся к хорошей старой привычке.
Вообще, героев "Огнем и мечом" с кем и чем только не сравнивали. Кажется, даже с цветами и животными. А я теперь, благодаря тесту "Кто вы в трилогии Сенкевича", знаю, кому из друзей доверять можно, а кому не очень (шутка). И что есть у меня рядом и хулиганистый Кмитиц, и кокетливая Ануся, и грозный Хмельницкий, и надушенный-напышенный Богуслав. Что то в этом и впрямь есть, но речь о другом.
Есть у меня еще один любимый роман с детства. Тоже история, братья-славяне, мрачные замки, пышные платья, подвиги, панночка с косами и любовный треугольник. Это весьма атмосферное произведение принадлежит перу Владимира Короткевича и называется "Дикая охота короля Стаха"
Для тех, кто не в курсе, маленькая аннотация:
Действие повести происходит в конце XIX века. Молодой ученый-фольклорист Андрей Белорецкий, сбившись с пути во время бури, попадает в родовой замок Яновских — Болотные Ялины (Болотные Ели). Его принимает хозяйка замка, Надея Яновская, последняя представительница своего рода. Она рассказывает Белорецкому, что род Яновских проклят из-за предательства, совершённого её предком, Романом Старым, на двадцать поколений. Надея — представитель двадцатого поколения, она ожидает скорой смерти, с которой прекратится и род Яновских. Она рассказывает о призраках, появление которых предвещает её гибель — Дикой охоте, Малом Человеке, Голубой Женщине.

Белорецкий остаётся в замке, чтобы защитить Надею и распутать клубок событий. Он видит Малого Человека — существо небольшого роста с очень длинными пальцами, которое заглядывает в окна по ночам; Голубую Женщину, сошедшую со старинного портрета, на которую Надея очень похожа. Постепенно Белорецкий знакомится и с остальными жителями — родственниками Яновской: Свётиловичём, Бёрманом, Дуботовком, охотником и следопытом Рыгором. В один из вечеров на болоте его преследует Дикая охота — группа молчаливых всадников на конях, которые скачут бесшумно, свободно передвигаются по трясине, делают огромные прыжки и оставляют следы старинных подков. Белорецкий чудом успевает укрыться в замке и с удвоенной энергией продолжает поиски людей, скрывающихся за Дикой охотой. Вместе с Рыгором они раскрывают тайну гибели отца Надеи, загнанного в болото Дикой охотой за два года до приезда Белорецкого. Постепенно они раскрывают и тайну Дикой охоты — её организовал Дуботовк с целью довести девушку до сумасшествия или смерти и завладеть замком. Все всадники подкараулены и убиты местными мужиками. Исчезают и призраки замка: Малый Человек оказывается слабоумным братом Бермана, которого Берман выпускал из потайных коридоров, а Голубая Женщина — самой Надеей, которая бродит по замку в сомнамбулическом сне...

Казалось бы, общего с "ОиМ" и с Трилогией вообще немного. Но почему-то именно героев Короткевича мне с Сенкевичем сравнить захотелось. Итак, прошу прошения, если кого-то оскорблю, но по моему, можно провести с небольшой натяжкой такие параллели:

читать дальше

@темы: "Дикая охота короля Стаха", "Огнем и мечом"

12:29 

"Гетьман" Валерия Ямбургского - новая украинская сказка

Лишь творчество делает человека свободным!
Наконец-то я посмотрела фильм, которого так долго ждала. читать дальше

@темы: Гелена Чаплинская, "Хмельницкий", "Кино"

17:51 

БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЖИЗНЬ. ГЛАВА 3. СУДЬБА И ПАМЯТЬ

Лишь творчество делает человека свободным!
13:00 

Чарiвна квiтка. Предыстория.

Лишь творчество делает человека свободным!
Предупреждение:Историкам, во избежание случаев инфаркта, к чтению не рекомендуется. Всем остальным - наоборот.


читать дальше

@темы: Гелена Чаплинская

15:23 

Больше, чем жизнь. Глава вторая

Лишь творчество делает человека свободным!
Глава 2
Горлинка
I
Чародейский вечер раскинулся над рекой, как предвестник необыкновенной ночи. Все казалось чудесным, даже тихие воды, даже привычный пряный запах луговых трав. Девушки в длинных вышитых рубашках разбрелись по лугу, выискивая цветы для купальского венка. Казаки, державшиеся в отдалении, напоминали горы, дымящие трубками, точно старые вулканы - жерлами. На высоком берегу молодежь пыталась развести костер, да мешал озорной ветер-вечерник, не желая притихнуть хоть на мгновение. Поглядывая издали на кучу хвороста, застыла посреди травы девочка. Она одна ничего не искала, словно ничего не было ей нужно, только бы просто быть здесь в эту удивительную ночь, которая, окутанная сиреневым туманом уже спешила навстречу людям. То ли потому, что рубашка на ней была расшита скромнее, чем на других девушках, то ли оттого, что была здесь всех заметно младше – вряд ли минуло ей больше двенадцати лет, то ли еще по какой причине, она не подходила к шумным компаниям, держась одиноко, однако не уходила.
Грузный казак, посматривая на молодежь с высоты пригорка, все чаще искал глазами эту девочку, словно любовался ею. И то сказать – было чему любоваться. Необычайно белая кожа оттеняла темные, круто взлетающие с переносицы брови и длинные шелковистые ресницы, в которых, как и в лиловых глазах, вспыхивали на последних закатных солнечных лучах лукавые искорки. С этими искорками, с мелкими, как у лесного зверька, зубками, мелькавшими по временам в жемчужной усмешке, длинными вьющимися волосами, рассыпавшимися по плечам, как лепестки, напоминала она тот самый загадочный цветок папоротника, который сегодня многие хотели и страшились увидеть. Огненный цветок способен нашедшему его счастливцу и клады все, какие ни есть, указать, и сердце милой любовью зажечь, и любое другое желание исполнить, но боязно принимать его колдовскую помощь, ибо никто не знает, какую цену в будущем за нее придется заплатить. И в этой девочке чувствовалась та же магия, способная как спасти, так и погубить, и второе – вернее. В ней, совсем юной, уже угадывалась женщина с обволакивающим, чарующим взглядом, в котором можно навек потерять себя, раз только глянув.
- Смотри ж, Остап, - Заговорил казак, к соседу своему обращаясь, - Вот то, что у каждого к старости быть должно, чтобы можно было и на тот свет сбираться спокойно. Четыре сына у меня, все растут достойными рода казацкого. И за отчизну встанут, когда час придет, как один, все…
Сыновья – три одинаково белоголовых мальчика стояли тут же, поглядывая на отца. Четвертого видно не было.
Смеркалось, а костер на берегу все еще не разгорался. Внезапно одиноко стоящая девочка оглянулась. Сверкнули на миг фиалковые глаза, словно в чистом небе показалась молния, и ветер стих, словно по волшебству. Пламя озарило туманные холмы так резко и неожиданно, что пытающие разжечь его попятились. Несколько взглядов обернулось в сторону девочки. Девушка, собиравшая ромашки на венок неподалеку, с опаской перекрестилась. Девочка заметила этот жест. На ее миловидном чистом лице отразилась неприятная гримаса то ли обиды, то ли презрения. В следующее мгновение она уже бежала вдоль берега, пусть дальше от притягательного пламени, но зато дальше и от людей, которые, за исключением отца ее и братьев, никогда ее не понимали, а зачастую и смотрели с суеверным страхом, как сейчас.
Казак, наблюдая это, намеренно сделал паузу, чтобы мгновение спустя, со значением добавить:
- А Горпина моя, горлинка, царевной будет!
Он произнес это твердо, даже с вызовом, словно возражая кому-то.
- Та ж будет! – Благодушно кивал в ответ ему Остап. – Для чего не быть?
Он-то знал, как хотел Григорий Донец, чтобы к сыновьям его Бог дочку-красавицу придал, хоть соседи его больше о сынах мечтали, о помощниках и защитниках, в дочерях же видели мало проку, принимая их рождение с сокрушенным вздохом и христианским смирением. Каждому Всевышний по надобности его щедро посылает, но и испытаний кладет на чашу жизни немало. Едва появилась на свет Горпина – пятый ребенок, и видно, последний уже у немолодого полковника слободского казачьего полка, как умерла его жена. Тяжело одному с пятью детьми остаться, да еще если один из них – грудная девчонка, но Донец на судьбу свою никогда не жаловался. Пока жила старая мать полковника, внуки при ней были, покуда ходил сын ее с товарищами на татар, да укрепления строил на реке Северный Донец, с берегов которой и прозвище свое принес, на детей впоследствии перешедшее. А после... старшие сыны за отцом неотступно следовали, младшие за ними тянулись, и Горпина не очень-то отставала. Сильная, крепкая, ловкая девчонка и лошадей в ночное водила, и свиней заплутавших из болота вытаскивала, и старой саблей отцовской рубила на скаку не хуже иного казака, твердой рукой снося головы репьям на заброшенном баштане. Вот только женщины около нее не было. Матери девочка не знала, бабке не до воспитания было – легко ли старой с пятерыми, накормить, да проследить, чтоб в колодец не упали, в реке не потонули, к пчелам на пасеку не залезли – и то ладно, и то слава Богу, подруг у тянущейся к мальчишкам, и к тому обладавшей гордым и независимым нравом Горпины не водилось отродясь. Некому было объяснить ей, как девушке держать себя должно, некому было и ее печали выслушать, слезы обтереть. И Остап считал, что потому и росла дочка Донца такой не похожей на своих сверстниц, замкнутой, словно диковатой немножко, но и рассудительной не по годам, а порой и странной до того, что незнакомому человеку испугаться впору. Сам Остап, само собой, и в мыслях не держал опасаться девочки, которую он в младенчестве на руках качал, так как отцу ее не то оруженосцем, не то наперсником с юных лет приходился. И болтовне глупых баб не верил Остап – да и какой казак ей верит?! Только вот замечал он, как задумывался порой Донец, на дочь свою глядя, и хмурая дума омрачала чело казака, хоть любил он ее безмерно – кому ж, как не Остапу об этом знать?
Вот и сейчас легкая тень замутила взор Донца.
- А что, Остап, - Спросил он задумчиво. – Не слыхал ты, старики говорят, будто если седьмой ребенок у казака девкой народится, то быть этой девке ведьмой?
Остап аж поперхнулся.
- А тебе что до этого, хоть бы я и слыхал? У тебя-то пятеро всего.
- В том-то и дело, что после хлопцев моих двоих младенчиков прибрал Господь.
- Ведь верно! – Запоздало вспомнил Остап.
- Вот и выходит, что седьмая – Горпина, а?
- Что ты, Грицко, словно старуха древняя, байки рассказываешь?! – Возмутился Остап - Слушать невмочно!
- Да то я шуткую, друже. – Поспешно отозвался Донец, но Остап вовсе не был уверен, что друг говорил в шутку. Отец о дочери – это надо же?! И что же такого приключилось? Ветер на минуту притих – вот огонь и зажегся. Эка невидаль, в самом деле! Этак и вон в той тучке над утесом злое колдовство можно усмотреть, и в холодном тумане, что над рекой клубится, да и мало ли, в чем еще!
Григорий, кажется, уже и думать забыл о своих тревогах, из-под ладони следя за горизонтом, на котором вдруг обозначились две стремительно приближающиеся точки. Бегущая девочка тоже замерла, не спуская с ним глаз. Минуту спустя два мальчика-подростка верхом на неоседланных лошадях поравнялись с ней.
- Только за смертью посылать вас! – Негодующе сверкнула глазами она.
- Не бранись! – светло, успокаивающе улыбнулся паренек с чубом цвета спелой пшеницы. – На-ка, держи вот!
В руки девочке полетела охапка степных цветов, другую такую же через мгновение сбросил второй мальчик.
Она придирчиво поворошила подношение, с презрением фыркнув прямо в лицо светловолосому:
- Этого-то добра и здесь навалом!
- Неправда твоя, Горпыно, такие только в степи и растут, лазоревые! – С той же спокойной улыбкой отозвался он, давно привыкший к своенравному характеру сестренки. – Почитай, верст пять сегодня отмахали для тебя!
Разглядев цветы повнимательнее, девочка смягчилась. Уж очень хотелось ей, что ее венок сегодня был ни как у всех, самым лучшим.
- Спасибо, Иванку. – Сказала она, и, повернувшись ко второму, добавила почему-то еле слышно:
- И тебе...
Второй паренек был полной противоположностью своему другу. С гордой осанкой, орлиным взглядом темных глаз, одетый в щеголеватый кунтуш, плотный не по погоде. Темные волосы, стриженные в кружок. Он посмотрел на девочку смело, с легким пренебрежением, словно старался показать, что в благодарности ее не нуждается, и ударил пятками коня так, что только легкий вихрь закружился около копыт, да на изумрудной траве остались примятые следы. Светловолосый искоса бросил на сестру последний взгляд и тронулся с места вслед за другом. Она на миг опустила глаза, но почти тут же забыла о них обоих, занялась цветами. Присев тут же на корточки, разбирала их, обшаривала гибкими пальцами, тихо напевая протяжную украинскую песню.
Закончив венок, девочка надела его и, подбежав к самому краю крутого бережка, легла на живот, смотрясь в тихие светлые воды, точно в зеркало.
- Красавица! – Тихо шепнул Остап, и Донец кивнул, соглашаясь.
- Одно слово: царевна...
Васильки с ромашками очень шли к ее волосам цвета воронова крыла, а незнакомые лиловые цветы густыми кистями отражались в глазах, придавая им неповторимое сияние. Горпина почти впервые нравилась себе, и впервые невольно задумалась: в кого она такая? И отец, и все братья – светловолосые, синеглазые. Может, в мать, которую она никогда не видела? Надо будет спросить у отца.
Оставив коня, темноволосый паренек сделал круг, и незаметно вернулся на берег. Тихо подкравшись к засмотревшейся на свое отражение девочке, он, улучив минуту, сорвал с ее головы венок. Горпина вскочила.
- Отдай сей час же!
Он мотнул головой. Насмешливая улыбка скривила губы и словно огнем обожгла девочку.
- Отдай! – В голосе уже слышалась скрытая угроза, лиловые глаза метали молнии, но испугать его было не так-то легко.
- Зачем тебе венок? – Спросил он с ехидцей. –Ужели на суженого гадать?
- То не твое дело! Отдай!
- Ой, не могу! – Он громко и зло расхохотался. - Ты ж ведьма, а у них мужей не бывает.
Горпина неожиданно для себя тоже усмехнулась.
- Кто тебе сказал, что не бывает?
- Да кто ж душу свою погубить согласится? Чтоб каждый день на него такие глазищи смотрели – лучше уж сразу смерть.
- Тебе-то что за дело до моего мужа и моих глаз? – Возмутилась она.
- Мне-то? – Медленно переспросил он, искоса, склонив голову к плечу, разглядывая Горпину пристально, словно понять что-то пытаясь. На миг показалось, что скажет он сейчас что-то необычное и очень серьезное, но почти тут же озорная, чуть высокомерная усмешка вновь поселилась на его лице.
- Ну, довольно же! – Примирительно, с ноткой нетерпения в голосе, сказала девочка, протягивая руку за венком.
- Э-э, нет, подожди! Говорят, что твои глаза огонь разжигают, воду в ручье останавливают, а сорванные цветы вновь расти заставляют. Правда это?
Она с усмешкой пожала плечами.
Он выдернул из венка остролистый, уже начинающий увядать василек.
- Пусть-ка он сызнова прорастет! Ну, что? Наколдуешь – отдам твой венок.
Медленно, не поднимая глаз, она взяла протянутый цветок и повертела его в руках.
- Что? – Нетерпеливо наседал собеседник.
Горпина покачала головой.
- А что ж так? Не хочешь? Или не умеешь?
- Не умею... – Негромко и словно нехотя выдавила она из себя...
С пригорка за ними наблюдали сыновья Донца. И хоть не могли слышать слов, уловили в поведении собеседников тень назревающей ссоры и как один шагнули вперед, готовые защитить сестру, но слободской полковник остановил их повелительным жестом руки, и, оборачиваясь, кому-то сказал негромко.
- Где там Богун? Федор, глянь-ка!
- Диву даюсь, что деется! – Охнул через мгновение боевой товарищ Донца. – Вымахал хлопец с версту, женить впору, а он, дурень, с детьми малыми в игрушки играет! Эй, Юрко! А ну, геть от реки, покуда я нагайку в руки не взял!
Несмотря на эти слова и их грозный тон, все знали, что никогда и пальцем не тронет Богун своего сына, единственного и долгожданного. Юрко нельзя было упрекнуть в недостатке смелости и силы, и, несмотря на юные его годы, видно было, что этот мальчик унаследовал твердую руку и верный глаз отца своего, а таких, как его отец, воинов, даже среди казаков поискать было. Но слово «нет» было ему не знакомо. Сдерживать свои чувства и желания он не умел и не хотел, был горяч, необуздан, часто впадал в гнев и раздражение и в такие моменты был страшен, ибо не помнил себя. «Не иначе, куренным атаманом будет, а то и гетманом!» - Говорили о сыне Богуна казаки, вызывая на его лицо гордую и довольную улыбку, и тихо, чтобы Федор не слышал, добавляли: «Если только голову раньше не сломит!»
Услышав голос отца, темноволосый мальчик, сверкнув глазами, бросил венок к ногам Горпины.
- Я так и думал, что нет в тебе колдовской силы! – Словно бы даже с сожалением сказал он.
Миг – и его уже не было рядом. А она осталась. И почему-то долго не спешила поднять венок. Только пальцы все шевелились, трогая длинный стебель василька, а губы словно что-то шептали...
... Над рекой стояла луна. Серебряные рыбки весело играли в береговых камышах. Из глубины вод наползал, клубясь, белесый и холодный туман. Уже отпрыгали девушки и парни через костры, чтобы очистится от грехов прошлых и жизнь с чистой страницы начать, уже растаяли за гранью горизонта, хороводясь, венки, отпущенные с самой большой и светлой надеждой. Только резкие крики ночных птиц пугали самых терпеливых и отважных, отправившихся в лес на поиски цветка папоротника. Последними, наговорившись степенно, расходились казаки. В белых хатах, обсаженных вишнями, вспыхивали и гасли приветливые желтые окошки.
Только оставшись одна, выпустила свой венок Горпина. Медленно плыл он, покачивая укрепленными горящими свечами, так, что огоньки их множились, отражаясь в воде, и казались роем светлячков. Стоя по колено в начинающей холодеть воде, девочка внимательно следила за этим, первым в своей жизни купальским венком.
Темноволосый мальчик бежал вдоль берега. Ему пришла проказливая мысль перехватить венок, но этого можно было не опасаться. Человеку не под силу перегнать течение, и огненное ожерелье давно скрылось бы за камышами, если бы... Как только он оказался у воды, и руку протянул, чтобы схватить венок, тот вдруг волчком завертелся на месте, словно в водоворот угодил. А дальше и вовсе чудеса – венок поплыл назад, мало того, что против течения, так еще и наискось его, словно неведомая сила притягивала его к протянутой руке. А девочка все не сводила с венка пристального взгляда...
- Юрко! – Окликнул сверху повелительный голос и протянутая рука дрогнула. Как птица он взлетел на косогор, забыв о Горпине и цветах. Венок, помедлив, поплыл дальше, теперь уже полностью покоряясь течению и вскоре скрылся из глаз.
Дрогнула, растеклась кругами речная гладь. В ней, точно в зеркале, отражались хаты в садах на высоком берегу. Девочка с ужасом увидела вдруг, как золотистые соломенные крыши охватились пламенем. Видение было настолько правдоподобным, что она поспешно обернулась. Конечно же, никакого пожара не было. Тихо бежала река, тихо светила луна над ее водами, в воздухе пахло вишней и луговыми цветами. Мирно подмигивали светящиеся в темноте окна. Глубоко вздохнув, она решилась вновь посмотреть в воду, и кошмар тут же вернулся. Низко стелящийся черный дом... Кровавое зарево над рекой... толпы людей, бестолково мечущиеся по улочкам горящего села и преследующие их всадники со странными, кривыми саблями. Картина словно приближалась, и вскоре без труда можно было выделить среди бегущих девушку с разметавшимися по плечам темными косами. На миг она обернулась, и Горпина узнала себя.
Оторвавшись от остальных, девушка свернула к реке и внезапно покатилась кубарем, запутавшись в высокой траве. Прямо на нее мчался быстроногий степной конь. Девушка села в траве, видно, не в силах подняться. Огромные темные глаза с лиловым отливом смотрели на преследователя серьезно, но без страха. В зрачках плясали язычки пламени.
Конь остановился шагах в десяти от нее, так резко, словно на стену невидимую натолкнулся. Напрасно понукал его хозяин – маленький человек с узким разрезом глаз, горящих хищным блеском. Конь испуганно ржал, крутился на месте и даже подымался на дыбы, но вперед не шел.
Помедлив, всадник счел за лучшее спешиться и неторопливо, с кривой ухмылкой, направился в сторону девушки.
Горпина – та, настоящая, что стояла на мелководье – невольно вскрикнула и на мгновение зажмурилась. Когда же открыла глаза, по воде плыли лишь лунные блики. Странное видение растворилось без следа, оставив на память ледяной холодок ужаса, подбирающийся к самому сердцу.
- Горпина! Почто домой не идешь? – Окликнул Григорий дочь. – Туман наступает, продрогнешь!
Она не ответила, даже не шелохнулась. Остап осторожно спустился вниз по крутому берегу и подхватил ее на руки.
- Что стряслось? – Озабоченно спросил Донец, почуяв неладное.
- Боюсь, не занемогла бы! – Сокрушенно покачал головой Остап, отчаявшийся добиться от девочки внятного ответа. – Бледная она, и дрожит, ровно лихорадка ее бьет.
- От горе! Да с чего же это приключится могло? Сюда, Остап, скорее!
Остап, на ходу с тревогой вглядывающийся в запрокинутое лицо, краем глаза увидел прямо у кромки воды цветущий василек. И даже удивился про себя – с чего это ему вырасти здесь, где сроду их не было, но тут же о странности этой и позабыл. До того ли было?
Через несколько минут, на руках у отца, девочка вздрогнула, словно очнувшись от тяжелого сна, но ни тогда, ни после, так и не сказала никому, что с ней произошло. Может, потому, что и сама себе не могла это объяснить. Понимание происходящего, вместе с осознанием собственных сил, пришло к ней гораздо позже...

II
Не тогда ли, не в ту ли памятную ночь, зародилось это странное, почти противоестественное в понятии Донца отношение его сестры к его другу? Ибо естественные отношения представлялась ему совершенно иначе. Нет, полно, тогда все они еще были детьми, едва ли способными на подобные чувства. Но ведь что-то положило начало этой болезненной, тревожной и опасной любви? И как так вышло, что и сам он не заметил, откуда все возникло?
Росла горлинка. Рано ей пришлось из гнезда выпорхнуть, как и им всем, много пришлось пережить...
Он вспомнил, как клялись они с Богуном друг другу в вечной дружбе, и, в знак того, свои руки на сабле скрещивали. Как легла поверх их рук еще одна, крепкая и загорелая.
- Горпыно, ты ж дивчина?
- Так что ж? – Коротко спросила она, озорно тряхнув волосами. И, не дожидаясь ответов и возражений, добавила, словно печать приложила:
- С вами я. Навеки и всюду – с вами.
- А коли в бой? – С усмешкой, как показалось Донцу, спросил тогда Богун.
- Так что ж? – Повторила она беззаботно.
- А коли погибнешь? Не страшно?
- С тобой – не страшно.
Вот когда началось это! Как же он внимания не обратил, что сказала она именно «с тобой», а не «с вами». И только сейчас вспомнил об этом!
А тогда Донец лишь сокрушенно качал головой, глядя на сестру.
- И в кого ты такая?! Юрко, что с ней делать?
- Да что тут поделаешь? Пусть уж, как есть остается!...
И добавил невзначай, негромко даже:
- По мне, такая еще милее.
И снова Донец внимания не обратил, хоть краем глаза и отметил, как быстро отвела взгляд Горпина после этих слов. А мгновеньем спустя, и вовсе, отвернуться попыталась, что для нее, редко смущавшейся, и совсем уж было несвойственно.
Давно это было. Еще юнцами безусыми были они тогда. Вскоре после того судьба их на долгие годы разбросала. Были походы, были битвы, славные и бесславные. Он уже стал казацким полковником, когда вновь, почти случайно, повстречался с Богуном. Да полно, была ли то случайность? Может, ворожила Горпина долгими ночами на красавца-атамана? Может, и в дальний хутор лесной пряталась, где и поговорить не с кем было, для того лишь, чтоб вольнее было о нем думать? А Донец полагал, что давным-давно позабыла она и лицо Богуна, и само его имя.
За годы разлуки Богун стал другим. Бог его знает, с кем он водил компанию, и что пережил за все это время, только на место отважного, но безрассудного подростка с открытым сердцем и ясным взглядом пришел усатый воитель с лукавым прищуром и замашками польского пана, каковых до того Юрко всегда презирал. Теперь словно свысока глядел он на друзей своих, и простого, для всех обычного, вроде того, что читать и писать не умел, стыдился, как смертного греха. Не по сердцу Донцу были эти перемены, а пуще всего, то, что скрытен друг стал и задумчив. Таиться мыслями научился, чего прежде не водилось за ним. Все это заставляло быть осторожнее. И сестру свою Донец, как мог, стал беречь от встреч с Богуном. Вот только не знал он, что беречься уже поздно. Самое страшное произошло: образ Юрко угнездился в сердце гордой, но пылкой девушки, и извлечь его оттуда не было никакой возможности....
III
На всю жизнь запомнил Донец, как стояла у зеркала высокая девушка в мужской одежде, убирая волосы длинные свои под высокую шапку. При появлении брата она даже не вздрогнула, только спросила с легкой насмешкой:
- Разве ж можно в девичью спальню без стука врываться?
Однако ему было не до веселья, и не до приличий.
- А как еще прикажешь тебя хоть на два слова застать? Не успела войти, снова собираешься ехать. Можно ли узнать, куда?
- В лес. – Последовал короткий ответ.
- Снова в глушь эту? Почто ж?
- Душно мне здесь! – Сказала девушка. – Воздуха не хватает, словно гнетет что-то. Там мой дом. Туда нас отец возил детьми еще, помнишь?
- А сама говорила, что опасность мне грозит! Куда ж то годится, в опасности меня одного покидать?
- Что тебе с того? Ты в гаданье мое не веришь!
- Я в тебя верю. И, покуда жив, верить буду. Ты про отца вспомнила, так вот, подумай сама. Пять у нашего отца детей было. Как пять пальцев на одной руке. А сколько осталось на свете? Никого, кроме нас с тобой.
- Видно, судьба такая!
- А я тебе скажу: коли осталось нас всего двое, то и держаться нам друг за друга надобно. Останься, не езди!
- Не могу. Ждут меня.
- Кто? – Спросил он с замиранием сердца. И, хоть ответа он ждал, но едва сдержал досадливый стон после того, как ответ этот услышал.
- Юрко.
И добавила, уже мягче:
- Без меня он до оврага не доберется, да и дороги не сыщет. Надобно помочь.
- Помочь?! – Все себя вскричал он. – Иль мало ты ему помогала? И прежде, и сейчас, когда жизнь ему спасала, на ноги поднимала? Слава Богу, здоров он ныне. Вот и пусть о делах своих впредь старается сам. Оставь его!
Она молчала. Но взгляд горящих темных глаз был даже слишком красноречив.
- И зачем это Богуну твое логово понадобилось? – Вдруг подумал Донец вслух. – Иль награбленное негде стало прятать? Иль самому от ужасов войны спрятаться нужно стало? Да нет, то на него не похоже.
Подождал ответа, не дождался его. Заговорил снова:
- Слухи о нем ходят дурные. Будто не так давно он со своими людьми на именье княжеское напал, сжег его и народу много погубил. И что будто девушку оттуда силой увез. Знаю я Юрко, и потому, не могу в подлость такую верить. А с другой стороны, люди, поди, зря о таком не стали бы говорить? Как думаешь?
Тишина, воцарившаяся в комнате, была ему невыносима.
- Молчишь?! Может, все-таки, хоть что-то скажешь?!
- Некогда говорить. Ехать мне пора.
- Никуда не пущу, коли так!
Он встал на ее пути. Встал, зная заранее, что не удержит. Но нельзя же было вовсе ничего не делать!
- Пусти. – Сказала она, спокойно и твердо. И, так как он не двинулся от дверей, сверкнула недовольно глазами:
- Пусти! Ты меня знаешь!
Он посторонился со вздохом. Чтобы, спустя мгновенье, быстрыми шагами идти с ней рядом и взволнованно уговаривать.
- Послушай ты меня! Одна ты у меня на сердце. Нет ему покоя, покуда не рядом ты. Хоть и не провидец я, чую: дурное будет, коли поедешь с ним!
Девушка легко сбежала с крыльца, села на оседланного коня. На Донца даже и не глядела, словно и не было его
- Не уезжай! – Молил он, хватаясь за повод. И тут же словно увидел себя со стороны – жалкого, просящего. И словно огнем обожгло казачьего полковника.
- Да что ж это я? Ни до кого тебе давно дела нет! Он тебе и брат, и отец, и целый свет чисто! Что ж, то – твое дело. Только попомни слова мои: хоть мед ты ему под ноги лей, все будешь для него не больше, чем былинка сухая на склоне оврага, за кою цепляются, когда выбраться из него надо. И коли хрустнет, сломится былинка, станут другую искать, а о той ни мало не пожалеют!
И, выпуская повод, добавил тихо, с горьким отчаяньем:
- Горпина, Горпина, где ж твоя гордость?
Темно-синие, с лиловым отливом, глаза глянули на него сверху вниз. Глянули с жалостью, словно был он не казак, не воин, а дитя неразумное, и чего-то главного самого постигнуть не мог. В следующее мгновение всадница наклонилась. Донец почувствовал обвившие на миг его шею руки, обжегший щеку поцелуй. Крепко-накрепко прижимаясь к брату, она шепнула:
- Я вернусь, Иванку! Помогу Юрко, и вернусь!
Девушка ударила ладонью конский круп. Дробный стук подков, стремительно удаляясь, врезался в память. Фигура всадника в проеме распахнутых ворот. Раскинутые широко, словно для полета, руки. И короткий, звонкий крик:
- Я верну-у-усь!
Словно по всему необозримому пространству степи разлетелись эти слова, отражаясь от поверхности луж и крепостных стен. И, хоть то был не последний раз, когда они виделись, хоть и приезжала она еще и после, но с тех пор живет он в нем, этот крик, сулящий успокоение и надежду...


***
Словно очнувшись вдруг, Донец огляделся кругом себя. Он опять стоял у крыльца, хоть и не помнил, как вернулся туда. На ступеньках, прямо над ним, нависал Остап, не сводя с него глаз. Позади него, в дверях, словно застыл Володыевский. За ним, держась за руки, показались Ян и Елена.
- Почто встал? – Сердито обратился Донец к Скшетускому. – сказано было – лежать до завтра. Али по новой занеможить на радостях хочешь?
Никто ему ничего не ответил. Все только смотрели на него. И, видя эти сочувственные, отчаянные взгляды, Донец выбрал промеж них самый родной – взгляд старого Остапа и, словно на него отвечая, проговорил:
- Ничего... То ничего, Остап! Вернется она. Помяни мое слово. Вернется, коли обещалась. Ждать будем.

@темы: "Богун", "Горпина", "Огнем и мечом"

17:17 

Любовь сквозь войну. Книга, потерянная в детстве...

Лишь творчество делает человека свободным!


В журнале "Подвиг" в 1983 году (№ 6) был опубликован роман сербского писателя Велько Ковачевича "Бела". В оригинале Veljko Kovačević "HUMKA". До этого, в 1981, он, говорят, публиковался в сокращении в журнале "Иностранная литература". Когда-то он произвел на меня очень сильное впечатление, теперь все мечтаю отыскать в сети, хоть в переводе Сахарова, хоть на языке оригинала, но пока совершенно безуспешно. А в восьмом классе я даже писала на него глуповатые и кривоватые стихи:
читать дальше

На самом деле, сюжет был довольно прост, хоть донельзя романтичен. Прошу прощения, если в моем пересказе будут некоторые неточности - столько лет прошло.
Место действия - деревня где-то в Сербии (кажется), оккупированная итальянскими фашистами во время Второй Мировой Войны. Около нее, в лесу - партизанский отряд. Однажды туда приходит тяжело раненый парень, который хочет срочно видеть командира отряда. Ядран (такое у командира имя), пытается с ним поговорить, но парень умирает, успев назвать свое имя - Игор, и рассказать о некоем месте, где на поляне около леса что-то закопано, но что именно, сказать не успевает. Друзья говорят Ядрану, что нельзя опрометчиво верить незнакомцу, глупо идти искать, что там закопано. А может, там вообще бомба, например и этот Игор хотел предупредить, чтобы туда не совались. Но Ядран - парень смелый, он отправляется в указанное место и находит там железную банку с запиской, в которой ценные сведения о дислокации фашистов в деревне.

Под запиской подпись "Бела" и приписка о том, что такие же письма будут здесь оставляться и в будущем. Поначалу Ядран и его отряд подозревают провокацию, но вся информация неведомого помощника подтверждается. Помощник Ядрана (имя забыла, на букву "С"), несколько раз устраивал засады на поляне, но неведомая Бела не приходила в эти дни, как чувствовала. Благодаря одному из ее писем, партизанам удается подкараулить момент, когда фашисты перепьются по случаю какого-то праздника и захватить деревню без потерь. Все в отряде уже уверены, что "Бела" - это не имя одного человека, а название мощной организации, потому, что откуда бы одному человеку все про итальянцев знать? Но помощник Ядрана ходит по освобожденной деревне и каждую встречную девушку окликает: "Бела!" , так что скоро все местные жители говорят об этой истории с записками.
Потом помощник наконец встречает одну девушку, которую раньше не видел и она машинально оборачивается на его оклик. С девушкой этой односельчане не здороваются и даже домашние не хотят разговаривать с ней, так как во время оккупации она встречалась с итальянскими офицерами. Арестовав Ольгу, Ядран чисто интуитивно понимает, что Бела - это и впрямь она. Ольга сначала не доверяет Ядрану, но постепенно рассказывает ему, что добывать у фашистов сведения и передавать их партизанам ее убедил Игор, которого она любила.
Понимая, сто фашисты скоро вновь займут деревню, Ольга хочет уйти в партизанский отряд, но Ядран убеждает ее остаться и продолжать то, что она делала, несмотря на то, что Игор погиб. Постепенно Ядран влюбляется в Ольгу, но она воспринимает его только как друга.
В деревню входят вражеские войска. Все жители прячутся по домам и лишь одна Ольга встречает фашистов с цветами. Красивой девушке так легко подслушивать разговоры офицеров и солдат, входить в доверие и все высматривать... Снова Ольга ловит на себе ненавидящие взгляды односельчан. Но зато и Ядран вновь получает записки от Белы.
Среди пришедших в деревню оккупантов выделяется интеллигентный сероглазый Анжело Дости. Он не пьет, не ругает местное население и всегда старается помочь старушке вытянуть из колодца ведро. В результате о нем в селе более-менее положительное мнение, не такое, как об остальных итальянцах. Анжело сближается с Ольгой, убеждая ее, что ему противен фашистский режим и он с радостью перешел бы на сторону местных партизан, если бы отыскал их.
У него такие грустные глаза и он так красиво ухаживает, что Ольга сама не замечает, как влюбляется в него. Они начинают встречаться. Ольга показывает ему даже те любимые места, где когда-то гуляла с Игором.
Девушка так умудряется рассказать Ядрану об Анжело, что тот тоже начинает доверять итальянцу. Они не подозревают, что Дости - агент гестапо, задание которого - отыскать неведомую "Белу".
В итоге девушка рассказывает любимому все про себя и еще про партизан в придачу. Кончается плохо - многие партизаны попадают в руки фашистов, их допрашивает лично Анжело. Ольга, оказавшись в отряде, не подозревает об этом и ждет, что Анжело вот-вот придет к ней.
Ядрану удается поймать предателя-итальянца. От лично расстреливает Анжело, но Ольге об этом по прежнему ничего не известно. Перед смертью Дости говорит Ядрану, что Ольга ни в чем не виновата...
Тем не менее, партизаны принимают решение судить и казнить Ольгу, ведь она выдала врагу много людей, пусть даже невольно. Приговор подписан, но ни у кого не хватает духа привести его в исполнение. В конце концов, Ядран сжигает приговор на свечке, решив простить Белу. Но воевать рядом с ней день заднем Ядрану все тяжелее, ведь она все время говорит и думает об Анжело, а Ядран никак не может решится сказать ей правду. Только когда ее смертельно ранят, командир отважится на откровенность, но девушка скажет, что... она давно знала это, так как прочла однажды забытый Ядраном дневник. Но несмотря на то, что она очень переживала обман и предательство Анжело, все равно продолжала его любить, даже и после его смерти. Ядран понял, что выживет Ольга, или нет, он никогда не сможет занять в ее сердце место Игора и Анжело....

@темы: "Бела", "Велько Ковачевич ", "Литература"

11:22 

"Почему? А кто ж его знает - Почему?)" Мой любимый герой сериала "Графиня де Монсоро"

Лишь творчество делает человека свободным!
В этом мире на каждом шагу – западня.
Я по собственной воле не прожил и дня.
За меня в небесах принимают решенья,
А потом подлецом называют меня!
(чуть перефразированный О. Хайям )




Вот так иногда сидишь и думаешь: извращенные у меня вкусы, право, извращенные. Ну, что я в нем нашла? На фоне остальных-то? Но нет, не храбрый Бюсси, не отважная Жанна, не самоотверженный Реми, не хитрый, но в сущности добрый Шико и не милая Диана нравились мне в этом замечательном фильме больше всего, а этот вот "Лыцарь"))))

Бог его знает, чем таким он мне с первой серии глянулся, и что мне померещилось в этом смешноватом, но не лишенном обаяния лице, что я с тех пор все его проступки склонна была списывать на плохую генетику, на воспитание, на плохих и коварных окружающих, на обстоятельства жизни и просто на жестокий рок - словом, на что угодно, но не на подловатый характер.



Мне все время было его жаль: что трон ему не дали, что Монсоро на него давит, что Диана из-за него страдает (Диану жаль было,конечно, но и его тоже, он ведь этого не хотел, просто, как всегда, не подумал о последствиях своего легкомыслия), что Бюсси на него сердится и перестал ему доверять (хоть, конечно, он и тут сам виноват, я понимаю). И все время казалось мне, что он не плохой по сути, просто вечно трусит в самый неподходящий для этого момент, а потом сам из-за этого страдает

"- Ты сердишься на меня?...
- На принцев не сердятся... Какой в этом прок?"

Да... Вот если бы ему не принцем родится... Если бы ему друга... который бы на него не сердился, а просто говорил бы ему, что хорошо, а что нет. Защищал бы его, помогал принимать решения... Тогда, возможно...



Возможно, он бы его просто предал. Как в общем всегда это делал.



А если бы ему любовь... Женщину, которая бы его жалела и понимала. Которая бы его прощала и подсказывала ненавязчиво, как не осрамить высокого звания принца и при этом остаться благородным человеком...




Хоть в то время, я так поняла, модно было не благородство, а разговоры о нем. Благородство определялось не поведением, а исключительно древностью крови... И все же, если бы Анжику ту, единственную, то....


Возможно, он просто не смог бы уберечь ее в вихре беспощадного времени, как не смог сберечь себя...



Все так. И я, в общем, его не оправдываю. Никто его на аркане не тянул девиц похищать, соратников сдавать и заговоры против родного брата устраивать. Но есть, на мой взгляд и по последнему пункту ма-аленькое смягчающее обстоятельство:



Нелегкий воз достался нам,
Везти его придется,
А слава вся и фимиам
Другому достается.



Все это дым, конечно дым,
Но день и ночь душа страдает:
Надоедает быть вторым,
Надоедает...


Уф! Не мне одной он по сердцу пришелся!))))) ficbook.net/readfic/750791

@темы: "Кино", "Графиня Де Монсоро", "Герцог Анжуйский"

16:49 

Рабочие моменты

Лишь творчество делает человека свободным!
Решила вернутся к идее фанфика "Хочу, чтобы ты жила". Придумаю все же родителей для главной героини - не появилась же она на свет из крыла аиста, а? И вот - первые вопросы.





Жаль) Мне имя это чем-то очень глянулось))))

@темы: "Черновик", "Гелена"

16:49 

Внезапно: Геленка

Лишь творчество делает человека свободным!
"Гелена Чаплинская" - такое название данному фото-арту дано его автором - фотографом Светланой Николаевой. Я присмотрелась - и впрямь, что-то определенно есть в этой славянской красавице)








Еще!



Еще больше интересных фоторабот здесь:
fotograf-nikolaeva.ru/?page_id=285

@темы: "Фото-арт", "Искусство", "Гелена Чаплинская"

11:05 

Костюмный бум

Лишь творчество делает человека свободным!
На днях, путешествуя по "Вконтакте", набрела на сообщество со скромным названием "Студия исторического костюма Катерины Журавлевой" и внезапно залюбовалась. Чего только не делает умелая стилизация! Вот этот молодой человек напомнил пана Скшетуского:
читать дальше

А эта барышня - панну Стасю из "Попутчика"
читать дальше


Ну, а эта работа чем-то Анусю напомнила, яркую и кокетливую.
читать дальше
Еще немного интересненького тут: vk.com/club86191962

@темы: "Костюм", "Творчество".

14:24 

Ни дня без Гелены!

Лишь творчество делает человека свободным!
Правила: если вы хотите участвовать, отпишитесь у меня в комментариях, и я выдам вам персоналию, с которой вы у меня ассоциируетесь. Затем вы постите в своем дневнике 14 фото/кадров/артов с этой персоналией под заголовком «Ни дня без *вставить имя*»

от Бертрада мне досталась самая интересная и загадочная героиня украинской истории – Гелена (Мотрона) Чаплинская
Сложно запостить 14 фотографий женщины, если никто не знает, как она выглядела... Но еще сложнее – остановиться на 14. Ну-с, поехали!

День первый. Kto wy, pani Helena?

читать дальше

День второй. Рожденные в СССР.

читать дальше

День третий. После третьего звонка.


читать дальше

День четвертый. И в зале зажжется свет...

читать дальше
День пятый (Смотрите выше!)

@темы: "Флэшмоб", "Фан-арт", "Театр", "Кино", "Гелена Чаплинская"

18:21 

Испанские баллады Даниэля Клугера

Лишь творчество делает человека свободным!
Нет слов! Люблю - и все!

КАПИТАН ИСПАНСКОГО ФЛОТА

читать дальше
Месть прекрасной дамы: Баллада о свечах


Кострами так запугана Севилья!
Великий инквизитор Торквемада
Над городом свои расправил крылья,
Ему костры – утеха и услада.
И многие в последний раз денницу
Увидели под смертный барабан.
И среди прочих брошен был в темницу
Несчастный дон Диего де Шошан.

И дочь его, красавица Сюзанна,
В накидке черной, укрывавшей плечи,
Явилась в трибунал, и как ни странно,
Сам Торквемада вышел ей навстречу.
читать дальше

2. НОЧНАЯ СЕРЕНАДА

Ночью шорохи и вздохи тихо вторят серенадам.
В опустевшем темном доме, в доме рода де Шошана
Анфиладой пышных залов смерть и страсть проходят рядом.
С женихом своим Родриго тайно встретилась Сюзанна.



читать дальше

11:37 

Итоги моего года.Бертрада,Adelajda,Яртур,Hajduczek,iragnarsson,Sangha с праздником!

Лишь творчество делает человека свободным!
Не знаю адреса Деда Мороза, потому пишу сюда!!!))))


Всех с наступающим!
Бертрада, Adelajda, Яртур, Hajduczek, iragnarsson, Sangha - вас в особенности, но всех остальных тоже! Пусть будут у вас красивые замки, и рыцарские подвиги, и острые мечи, и кинжалы с бриллиантовой рукоятью, и фильмы, и книги и ... что там еще для вдохновения нам надо?))) Счастья, здоровья, любви, романтики, наслаждения всем и вся, взаимной любви к миру и людям, стихов, сирени, рая, звезд... и так далее и тому подобное.




Ребята, Я счастливая в это году. У меня все было... Самое главное - были и остались ярчайшие впечатления. Я ощутила силу шторма в сорока метрах высоты над финским заливом, я провела рукой по замшелым камням выборгского замка, я босиком ходила по камешкам петергофского пляжа, я обошла сесь парк Екатерининского дворца (а это было не так-то просто!)
Все было, все... И друзья, и романтика, и солнечный блеск Невы, и задумчивые сфинксы на закате... И вкус огуречного лимонада и вяленых томатов в итальянском ресторанчике на Невском...
Были потрясающе атмосферные книги и не менее яркие фильмы. Это был первый год свободного доступа в интернет, так что меня просто шатола из стороны в сторону... "Огнем и мечом"и "Пан Володыевский, "Возвращение воеводы Лэпуняну"" и замки графа Дракулы, плащ и шпага и история славянских народов, ужастики и сказки, чешские, русские, итальянские. Японские и китайские легенды... Марго с Генрихом Наваррским... Да мало ли, что еще!
Я приобрела кучу хороших книг, брошку-камею, модель старинного средневекового замка, куклу-гестальту и куклу-марионетку, и ожерелье из рудракши. Мне подари посох дождя... Говорят, с его помощью шаманы воскрешали мертвых.
Это все, и еще много что было... а чего же я хочу в новом, грядущем году?
Я хочу, чтобы все были здоровы и войны нигде не было. Это наивно, но это так. Чтобы мои украинские, польские, болгарские и т.д. друзья плевали на политику и не бросали меня. Я вообще хочу, чтобы все славянские народы объединились в одно великое государство (когда-нибудь)!
Я хочу отправиться в Каменец-Подольский и положить алую розу на могилу польского рыцаря... Научиться плести украинский венок и делать болгарские мартеницы.
Я хочу друзей... Они у меня есть, и хорошие, но, к сожалению, иногда в другие города уезжают, а мне нужен кто-то рядом... кто-то активный... Бои на мечах, скачки верхом, всякие там коньки-ролики, подвиги разные, спасение мира... короче, чтобы шевелил меня и не давал лениться и спать по жизни))))
Я хочу, чтобы вышли украинские фильмы "Максим Оса" и "Гетман", чтобы они были хорошими и добрыми, и мне понравились. И еще хочу посмотреть "Кровавую леди Батори" с С. Ходченковой.
Я хочу, чтобы в нашем городе открыли итальянское кафе со всякими там пастами, ризотто и пенне.
Я хочу очень много всего посмотреть, прочитать и написать)))
И, главное, хочу в этом году не быть хрюшкой-эгоисткой, как обычно, а принести миру хоть какую-то пользу.
У меня все. С Новым счастьем Вас всех!!!!!


@темы: "Яртур", "Новый год", "Бертрада", "iragnarsson", "Hajduczek, "Adelajda", " Sangha"

21:15 

Лапочка моя)))) Правдивый юмор про любимого героя кино, Дюма и истории

Лишь творчество делает человека свободным!


Тётка короля
Когда Генрих IV вступил в Париж, он в тот же день отправился к своей тётке мадам де Монпансье, и попросил подать ему варенья. Тётка удивилась:

"Не иначе, как вы спрашиваете его ради насмешки. Думаете, небось, что оно у меня все вышло".

Генрих легкомысленно ответил:

"Да нет, я просто есть хочу".

Мадам де Монпансье велела принести горшок абрикосового варенья, положила королю и захотела, по этикету, попробовать его первой. Генрих её остановил:

"Опомнись, тётушка!"

Та удивилась:

"Как? Мало я, по-вашему, натворила? Неужто вы меня не подозреваете?"

Король отмахнулся:

"Да ничуть не подозреваю, тётушка".


С тех пор мадам де Монпансье стала верной сторонницей своего племянника.


Болезнь и храбрость
Король Генрих IV обладал в бою большой личной храбростью, но перед началом сражения или при виде приближающегося противника с ним обычно происходил приступ медвежьей болезни. Обращая это в шутку, Генрих IV обычно при этом говорил:

"Пойду-ка постараюсь для них [врагов, то есть] хорошенько!"


Клептомания
Рассказывают, что Генрих IV был клептоманом и брал всё, что попадалось ему под руку, но потом всё возвращал. Генрих говорил, что если бы он не был королем, то его бы непременно повесили.


Пусть попоют!
Герцогиня де Бар, сестра короля, имела право приглашать в Лувр проповедников, но распевать псалмы там не разрешалось.
Однажды, когда Генрих IV пришел к сестре и стал с ней о чём-то беседовать, группа придворных заждалась герцогиню. Агриппа д’Обинье (1552-1630) вошёл в покои герцогини и на недоумение короля ответил:

"Герцогиню, давно уже ждут, государь".

Король решил, что речь идет о проповедниках, и ответил:

"Ну, что ж, пусть себе попоют, ежели им скучно".

Д’Обинье решил подшутить над королем и передал его слова собравшимся придворным. Их было довольно много, и они начали громко петь.
Король удивился:

"Что это?"

Когда Генриху IV объяснили, что произошло, он обратился к сестре:

"Бог ты мой! Ступай же скорее туда, и пусть они немедленно замолчат".






Кто его выпорет?
Однажды Генрих IV приказал выпороть дофина, будущего короля Людовика XIII, и Мария Медичи возмутилась:

"Со своими ублюдками вы бы так не поступили!"

На что король рассудительно возразил:

"Что до моих ублюдков, то мой сын всегда сможет их высечь, ежели они станут валять дурака; а вот его-то уж никто не выпорет".




Уступчивость короля
В Фонтенбло в одном из садов ограда делала довольно значительный выступ вглубь сада, обходя какой-то домишко. Владелец дома не захотел продать его королю, хотя Генрих IV предлагал за дом значительно больше его стоимости, но силой принуждать владельца дома король не захотел.









@темы: "Генрих Наваррский", "Дюма", "Юмор и не только"

17:54 

Лишь творчество делает человека свободным!
Моя любимая песня о Польше)
А. Дольский.
ЗДРАСТВУЙ, ПОЛЬША!

1.
Здравствуй, Польша! Сколько лет я мечтал об этой встрече...
И небес неяркий свет, и костелов старых свечи
будят память крови древней, и всплывают лица,
речи, жесты, платья, кружева манишек...
Вишневецкий-князь в седло татарское садится
и, усы расправив, в юный лоб целует Мнишка.
Впереди поход, и ссоры и раздоры позабыты,
панночкины слезы рыцаря не остановят...
И лежат на снежном поле после битвы
вперемешку и монголы, и холопы, и панове.

2.
Здравствуй, Польша. Сколько лет
мне звучали вдохновенно
и Мицкевича сонет, и гармонии Шопена.
Помнишь тот "Аи" пьянящий, цвета лодзинских закатов,
что налил в бокал богемский Александр рукою узкой?
И слова одни и те же повторяли брат за братом,
Александр сказал на польском, а Адам молчал по-русски.
(Я и сам не знаю, чей я - люблинский ли, курский...
Раб царя я или рыцарь Речи Посполитой) -
пишет между строк и слез Ивану смелый Курбский.
Этими ли плачами все земли польские политы?

3.
Здравствуй, Польша! Сколько лет
мы идем с тобой друг к другу
сколько крови и побед повторяется по кругу!
Фердинанд Соре, гитару вы оставили в Мадриде,
и в Париже, и в Смоленске музыка мешала.
Вы поход в Россию еще раз успешней повторите.
И Стендаль пришел в Москву через Варшаву.
Я к земле и горькой и прекрасной припадаю,
и целую кровь парней и краковских, и вятских,
и молю судьбу - быть может, нам подарит -
не копать земли, не прятать в ней сердец солдатских.

1984

16:36 

Еще раз про Горпину)

Лишь творчество делает человека свободным!
Часто задумывалась - почему же Горпина в фильме "Огнем и мечом" так отличается от героини Сенкевича, чего актрисе не хватило, и кто бы эту роль мог лучше сыграть. Мнения на эту тему есть самые разные:

1) "В фильме Горпину зачем-то сделали отталкивающей и дикой, а по книге она была молода и очень красива, возможно, внешне даже не уступала Елене. Непонятно, к чему было вносить изменения". (Анжелика, www.kino-teatr.ru/kino/movie/euro/4651/forum)
2) "Согласно литературному произведению, Горпина — старая и страшная гадалка, близкая к ведьме. (ЭТО ГДЕ Ж?!!) В картине Гофмана героиня Р. Писанки — молодая, может, тоже ведьма, но не лишенная аутентичного шарма, привлекательности. Ее безнадежная влюбленность в Богуна добавляет драматизма действию". (www.day.kiev.ua/ru/article/istoriya-i-ya/svet-i...)
3) "РУСЛАНА ПИСАНКА - замечательная украинская актриса, и в роль вписалась идеально. она очень колоритная и с отменным чувством юмора (в жизни)" (Elizabeth, wap.vmortensen.forum24.ru/?1-16-0-00000011-000-...)
4) "Ведьма влюбляется в героя Александра Домогарова и, погибая, спасает его любимую девушку от смерти. ( vm.ru/news/5233.html?page=931)"
Последняя цитата из интервью самой актрисы, но, как-то из фильма это не очень заметно.
Хотя Руслана Писанка - одна из любимых моих актрис, именно эта роль мне у нее нравится меньше всего. И не потому, что она для нее не подходит. Просто направление игры, на мой взгляд, можно было избрать другое.
Мое мнение - образ пережали слегка, стремясь максимально приблизить к демоническому. Горпина вышла грозная, внушительная такая, вполне потусторонняя. Она производит впечатление - и еще какое!, но мысль о ее неразделенной любви почему-то мне в голову пришла только после книги, хотя фильм видела раньше. Горпина в фильме и любовь - это вообще два каких-то несовместимых явления.

Когда речь идет о славянских ведьмах, да и о ведьмах вообще, как первая примета всегда идет взгляд с этакой веселой чертовщинкой, обволакивающий и завораживающий. Такой взгляд не сыграешь - он у женщины либо есть, либо его нет. И, что самое главное, как раз у Русланы Игоревны - есть. Достаточно посмотреть "Черную раду", или, еще лучше "Москаль-чародей", чтобы в этом убедиться.



И странно, что именно в "Огнем и мечом" взгляд этот куда-то делся. Странно и досадно немного. В книге героиня Сенкевича и улыбалась, и смеялась, и с казаками заигрывала. А тут прямо написано аршинными буквами: не подходи, черным вороном станешь!)))) Страшно, да, но как-то неромантично.



В общем, создавая ведьму, потеряли женщину. Хотя, может быть, мне одной так кажется, мое видение всегда оригинальностью отличалось.

@темы: "Кино", "Огнем и мечом", "Руслана Писанка"

10:27 

О водяных и несчастной любви.

Лишь творчество делает человека свободным!
Был у меня в детстве сборник сказок. Кажется, чешской писательницы. Среди которых я особенно любила одну.
Мария Дюричкова
Водяной

читать дальше
Сказка казалась мне печальной и жаль почему-то было не девушку, а водяного. Немного погодя, будучи студенткой, я прочла старинную немецкую балладу примерно на ту же тему:
читать дальше
И чем же так виновен бедный водяной?
В первом случае он спрашивает очень честно: "Выйдешь за меня замуж?" А девушка, вместо того, чтобы так же честно ответить, начинает клянчить подарки и выдумывать всякое. Ясно же, что сына он украл у нее не для того, чтобы отомстить, а чтобы рядом с ним был человек, похожий на нее, который бы о ней напоминал. А песня до чего печальная, право!
Во втором примере героиня сама идет на дно, безо всяких вопросов. Вначале, значит, плавники любимого ее не смущали. Семь детей - это ж не один год совместной жизни! Потом она запросилась домой, обещала вернутся, он, наивный, поверил, она, конечно, обманула, забыла и мужа и детей. Честно говоря, я думаю, что ребенка поделить пополам он предложил не из-за жестокости, а чтобы оставить сына у себя. Думал, что ей лишний ребенок на фиг не нужен, и взять она его хочет просто так, потому, что так положено.
Тем не менее, никого не убивший и ничего не укравший водяной является общепризнанным злодеем, а девушки, которых он полюбил - несчастными жертвами. Досочиняются варианты, в которых злодей убивает то сбежавшую жену, то собственных детей (неизвестно зачем).
Вывод: Люди несправедливы к тем, кто на них не похож. (например, кожа зеленая, плавники и в воде живет и при этом смеет хотеть обычных человеческих радостей)

@темы: "Сказки", "Лилофея", "Водяной"

19:30 

Новое кино на старую тему, или еще про Гелену и Хмельницкого

Лишь творчество делает человека свободным!
Сегодня случайно узнала, что во Львове сейчас в разгаре съемки нового исторического фильма "Гетьман", об отчаянной любви Богдана Хмельницкого.
читать дальше

Может, выйдет чего-нибудь красивое и даже приличное? Хотя после "Богдана-Зиновия" я на многое не рассчитываю)))

читать дальше

@темы: "Украина", "Кино", "Гелена Чаплинская", "Богдан Хмельницкий"

18:01 

Шалене кохання гетьмана (Безумная любовь гетмана). Впечатления.

Лишь творчество делает человека свободным!
Ссылки на первое действие (в 3-х частях):
www.youtube.com/watch?v=aOl1UITuqik
www.youtube.com/watch?v=RGVVzKFJVYc
www.youtube.com/watch?v=SEZg_8uyuOc


Недавно отрыла на "YouTube" запись спектакля по мотивам повести В. Веретенникова. Той самой, по которой сейчас на Украине снимают 4-х серийный исторический фильм. Который я обязательно буду смотреть. Если доживу. А пока полюбовалась первым действием спектакля (второе, увы, не нашла).
читать дальше

@темы: "Театр", "Гелена Чаплинская", "Богдан Хмельницкий"

15:58 

ПОЧТИСКАЗКА О ПРИНЦЕ

Лишь творчество делает человека свободным!
Идея пришла после прочтения этого:
wirade.ru/cgi-bin/wirade/YaBB.pl?board=seeurope...

Вместо эпиграфа:

«Где баобабы вышли на склон,
Жил на поляне розовый слон.
Может и был он чуточку сер,
Обувь носил он сотый размер.
Умные тигры, глупый шакал
Двигались тише, если он спал.
Был он снаружи чуть мешковат,
Добрые уши, ласковый взгляд…
Но подступили Дни перемен:
Хитрый охотник взял его в плен.
И в зоопарке пасмурным днём
Стал он обычным серым слоном…
… Зря унываешь, нету беды.
Я-то ведь знаю - Розовый ты.
Может, случайно, где-то во сне
Ты прислонился к серой стене.
Добрый мой слоник, ты извини,
В жизни бывают серые дни.
Скоро подарит солнце рассвет,
Выкрасит кожу в розовый цвет!» (Из детской песни)
«Он не умел жить, не пламенея…» (В. Бахревский)

Я совсем не умею рассказывать сказки, но попробую, потому, что мне сказка кажется самой подходящей формой для этой истории. Впервые я прочла о ней в романе В. Бахревского «Долгий путь к себе». Потом в «Сыне гетмана» Ольги Роговой и еще нескольких источниках, как художественных, так и документальных. Я поняла, что, кажется, у меня появляется второй любимый герой исторических романов (первый, разумеется Скшетуский из «ОиМ»)
читать дальше
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

@темы: "Сказка", "Дмитрий-Ежи Вишневецкий"

Дневник Angel Ren

главная